В 2005 году пятеро британских банкиров, насмотревшись на финансовую систему изнутри, создали первую в мире краудлендинговую платформу, чтобы соединить тех, у кого есть свободные деньги, с теми, кому они нужны прямо сейчас, минуя банк. Инвестор зарабатывает на процентах, бизнес получает финансирование быстро. С тех пор краудлендинг стал общемировой практикой от Лондона до Алматы.
В краудлендинге участвуют три стороны: предприниматель, инвестор и платформа. Для бизнеса это способ быстро привлечь финансирование под конкретную задачу: закрыть сезонный спрос, исполнить уже полученный заказ или пополнить оборотный капитал. Банковское рассмотрение заявки занимает от двух недель до нескольких месяцев — и это не кыргызстанская специфика, так работает банковский сектор везде. Краудлендинговая платформа решает тот же вопрос за несколько дней.
Ключевое звено здесь — сама платформа. Она проверяет заемщика, анализирует документы, структурирует сделку и следит за прозрачностью условий для обеих сторон. Инвестор получает доход, а бизнес — деньги без лишних проволочек.
Международный опыт регулирования
Путь краудлендинга к правовому регулированию в разных странах выглядел похоже: сначала формировалась практика, потом — специальные правила.
В Великобритании первая платформа появилась в 2005 году и почти десять лет работала на общегражданских договорах. Только в апреле 2014 года вступили в силу правила FCA: операторы платформ были обязаны получить отдельную авторизацию британского регулятора.
Самый близкий для Кыргызстана пример — Россия. До появления специального закона краудлендинг там работал на базе общегражданского законодательства: договоры займа, оферты, агентское и сервисное сопровождение платформ. Банк России начал наблюдать за рынком в 2015 году, в 2016-м представил концепцию регулирования, а в 2019-м был принят 259-ФЗ, закрепивший статус оператора платформы и реестр ЦБ. От первых наблюдений регулятора до закона прошло около пяти лет.
В Казахстане переход прошёл быстрее через Международный финансовый центр «Астана» (МФЦА). В 2019 году регулятор AFSA ввёл правила для заёмного краудфандинга, создав первую такую рамку в регионе.
Правовой статус в Кыргызстане
В Кыргызстане специального закона о краудлендинге пока нет. Но его отсутствие не означает запрета — в гражданском праве действует принцип свободы договора. Физическое лицо вправе выдать юридическому лицу процентный целевой заём на основании статей 724–727 Гражданского кодекса КР. Платформа при этом выступает организатором сделки.
Правовая конструкция Banca строится на сочетании договора займа, агентского договора между инвестором и платформой, пользовательского соглашения и договора об оказании информационных услуг. Основной вид деятельности зарегистрирован по коду ГКЭД 64.99.0 — «Прочее финансовое посредничество». Этот код имеет классификационное значение и не делает платформу банком или лицензируемой финансовой организацией. Именно так краудлендинг начинал работать в Великобритании, России и Казахстане.
Рыночный потенциал сектора огромен. По данным Нацстаткома на 1 января 2025 года, в стране зарегистрировано почти 488,4 тысяч индивидуальных предпринимателей. При этом доступ к банковскому финансированию ограничен высокими ставками (20–36%) и жёсткими требованиями к залогу. По оценке компании, более 10 тысяч субъектов МСБ нуждаются в оперативном финансировании — этот разрыв и формирует рынок для платформы.
Результаты Banca и развитие законодательства совместно с IFC
Платформа Banca уже профинансировала более десяти компаний в таких сферах, как лизинг, микромобильность, автосервисы и зарядная инфраструктура. Получившие капитал бизнесы перечислили в бюджет более 511 млн сомов налогов и обязательных платежей, создав свыше 500 прямых и 1000 косвенных рабочих мест. Инвесторам выплачено около 1 млрд сомов процентного и инвестиционного дохода.
В настоящий момент компания совместно с Международной финансовой корпорацией (IFC) готовит законопроект об альтернативном инвестировании, где краудлендингу отведено отдельное место. Инициация документа запланирована на осень 2026 года. Специальное регулирование в других странах появлялось тогда, когда рынок уже работал и требовал закрепления правил игры. В Кыргызстане этот этап институционализации уже наступил.
Читайте также
Другие новости
Все новости